Авиаторы и их друзья

79 064 подписчика

Свежие комментарии

  • Господин Никто
    Большое спасибо, Семён, за интересную авиаинформацию !Этот день в авиац...
  • Александр Михайлов
    Благодарю!Этот день в авиац...
  • Владимир
    Какой хороший самолет ...вроде невидимка....только гроза его мочит....а если учесть на гражданских ВС есть "гроза"это...Голландские F-35A...

Нормандия, день «Д»

Нормандия, день «Д»

Путин поехал на празднование 70-летия начала операции «Оверлорд» – открытия Второго фронта. По крайней мере, мы это так понимаем: Второй фронт начался в день начала высадки в Нормандии.

Где-то пишут, что западные лидеры один за другим заявляют, что не хотят сидеть или стоять рядом с Путиным, оказаться с ним на одной фотографии. Где-то пишут, что они наперебой договариваются с ним о неофициальных встречах. Кто-то ждёт, что, наконец, произойдёт поворот в отношении Запада к украинским событиям, начнётся что-то конструктивное.

Я на данный момент ни во что конструктивное не верю. И вообще, я не об этом. Хочу высказать несколько мыслей, имеющих отношение к событию. Не к визиту Путина; к дню «Д».

Про ленд-лиз. Сразу говорю: цифры приблизительные. Но это неважно, представление они дают.

Правильно пишут, что союзники поставили нам не так уж много самолётов – 13,3% истребителей от того, что мы сами произвели, и 16% бомбардировщиков, если не считать наших «ночных ведьм». А также штурмовиков; если же штурмовики засчитать в общее число, скажем так, ударных самолётов, то процент получится совсем невеликий.

Ещё скромнее с танками. До войск дошли чуть больше 10,8 тыс. американских, английских и канадских танков, а СССР произвёл 104,4 тыс.

и ещё перед войной имел порядка 20 тыс. Доля ленд-лиза – меньше 9%.

Про всякие автоматы-пистолеты не говорю, там совсем мизер; и не говорю про корабли и суда, потому что для нас исход войны решался не на море. Да и не так уж много их было, разве что линкор «Ройял Соверен» стоит упомянуть из уважения к его мощи и почтенному возрасту; да и пришли они поздно…

Но, во-первых, проценты маленькие, но, говоря по делу, не мизерные. Нельзя их называть мизерными, нечестно это. И даже ощущать мизерными нельзя, это неправильно.

Во-вторых, важно, когда поступала в части эта техника. Считается, что СССР стал полностью обеспечивать себя всем необходимым оружием и боеприпасами в конце 1943 года. То есть всего за полтора года до конца войны; а до этого ведь были ещё два с половиной года. Англичане нам уже в 1941-м поставили 466 танков и 330 БТР – примерно половина реального состава танковой армии образца 1944 года.

А с 1942-го ленд-лиз уже хорошо шёл. Надо же помнить, что его маршрутов было несколько. Не только североатлантический, про который мы помним, что после PQ-17 рейсы по нему надолго прекратились. Был ещё тихоокеанский, по которому, между прочим, прошло в два с лишним раза больше грузов (47,1%), чем по северному (22,6%). Был  иранский, по которому прошло тоже больше (23,8%). Были ещё черноморский и арктический, но там совсем копейки.

Так что до этого самого конца 1943 года союзники успели нам здорово помочь с танками и самолётами.

Но не надо забывать, что война – это не только танки и самолёты! Мы получили около 376 тыс. грузовиков и 50 тыс. легковых внедорожников и вездеходов – 70% автопарка армии! Это – тактическая мобильность. Более 11 тыс. вагонов и около 2 тыс. паровозов – это мобильность стратегическая. Страна выпустила 333 млн снарядов, но получила при этом 127 тыс. тонн порохов, 123 тыс. тонн тротила и почти 108 тыс. тонн толуола.

Наконец, не стоит смеяться и над солдатским «вторым фронтом» – тушёнкой да знаменитым яичным порошком. 4,5 млн тонн продовольствия – не шутки при потере такого количества лучших сельскохозяйственных земель. 15,5 млн пар ботинок, а к ним – 2,7 млн тонн нефтепродуктов и 0,8 млн тонн цветных металлов…

Да, мы победили бы и без ленд-лиза, и без Второго фронта; но, как сказал Анастас Микоян, воевать пришлось бы на год-полтора дольше. А я думаю, что и больше, чем полтора года…

***

Высадка в Нормандии.

Принято ругать союзников за то, что так долго тянули с открытием Второго фронта. В целом я присоединяюсь: долго тянули. У нас миллионами умирали солдаты и население, и мы имеем право говорить: долго тянули!

Только я вот что хочу сказать: опасаться-то им было чего. Но сначала – про эрзац-вторые фронты.

Англосаксы говорят: вот, мы же дрались в Северной Африке, чем вам не второй фронт? Отвлекали тучу дивизий, перемалывали немцев с итальянцами…

А ни фига ж! Вот знаменитый Эл-Аламейн, который они называют «ближневосточным Сталинградом». Разумеется, называют те, кто вообще помнит там слово «Сталинград» :(

Потери немцев:

Люди: Эл-Аламейн: 50 тыс.; Сталинград: 700 тыс.

Танки: Эл-Аламейн: 320 шт.; Сталинград: 2000 шт.

Артиллерия: Эл-Аламейн: 1 тыс.; Сталинград: 10 тыс.

Так что не надо, вопрос ясен без комментариев.

Дальше пошла Италия. Что я могу сказать? Здесь просматривается желание не лезть в самое пекло, выбрать место сравнительно безопасное. Конечно, к моменту вторжения Средиземном море было уже далеко не так опасно, как, скажем, годом раньше. Итальянский флот был пощипан и деморализован, немцы могли действовать лишь небольшим числом подлодок и катеров, авиация им уже очень нужна была на Восточном фронте… В целом моря окрест Италии были, скажем так, проходимы.

А на западном побережье Европы было опасно… В Северной Атлантике в 1943 году был самый разгар битвы конвоев с «волчьими стаями»…

Хорошо ещё, что союзники не попёрли в Европу через Балканы, на чём, как известно, настаивал Черчилль. Но Рузвельт не повёлся, настоял на Нормандии. Может быть, он был довольно-таки порядочным человеком и понимал, что русским гораздо больше поможет открытие военных действий западнее Берлина, чем восточнее его. Но, вдобавок к такому альтруизму (если он был), присутствовало и соображение чисто практическое.

Балканы… ключ к Европе, её чувствительное место… Рузвельт прекрасно понимал, что после войны Америка оттуда более или менее уйдёт, а Британия вполне себе останется. И её плотное присутствие в пресловутом «мягком подбрюшье Европы» усилит геостратегическое положение Соединённого королевства. А ему, президенту США, надо было его ослаблять – старого гегемона пора было окончательно сдвигать на вторые роли.

Думаю, через Балканы союзники могли бы вторгнуться на полгода раньше. Или даже больше. Как бы тогда выглядела карта послевоенной Европы – бог весть. Я думаю, лучше уж задержка, чем Второй фронт на Балканах. Не только потому, что нам не дали бы настолько глубоко зайти  в Европу; пацифисты и прочие прекраснодушные скажут, что и не надо, но я так не считаю. Варшавский договор сыграл огромную роль в предотвращении войны между бывшими союзниками в 1950-е и даже 1960-е годы – я имею в виду войну в буквальном смысле. А, воплотись план Черчилля, не видать бы нам Варшавского договора.

Так вот, дело не только в этом. Товарищи союзники, вступив в соприкосновение с немцами с нашей, восточной стороны, могли вообще не допустить ведения боевых действий до победного конца, до рейхканцелярии и безоговорочной капитуляции. Могли организовать что-то типа перемирия на почётных условиях. Дальше эту линию разглядывать не хочется.

Так что хорошо, что решили высаживаться в Нормандии. И, я вам скажу, это и в середине 44-го было отнюдь не лёгким делом.

Вспомним Первую мировую, 1915 год, Дарданелльскую операцию. Англичане с французами хотели захватить Дарданеллы и Константинополь. Силами одной только объединённой эскадры из 80 вымпелов, из коих 18 были броненосцами и линкорами, ничего сделать не удалось. И тогда в конце апреля началась высадка десанта.

Там было 186 тыс. бойцов – в первом эшелоне «Оверлорда» было 156 тыс. Не буду описывать детали, борьба была трудной и долгой. Итог – осенью союзники поняли, что ни шиша не выходит, и решили убираться из Турции. И к началу декабря убрались, имея убитыми, ранеными и пропавшими без вести: Британия – 119,7 тыс. чел, Франция – 26,5 тыс.

И ведь тогда не было самолётов. В такой операции, мне кажется, самолёты больше помогают обороняющемуся, чем наступающему. Обороняющийся сидит, закопавшись в землю, а наступающий на всяких скорлупках гребёт к берегу, как таракан ползёт по белой скатерти…

Вот такая штука, десантная операция. Даже против не самого бравого, технически отсталого противника.

А тут – немцы. Да, я читал немецких генералов, помню их жалобы. И дивизии их были частично так называемые крепостные, немобильные и укомплектованные не самыми бравыми бойцами; да и не полностью укомплектованные. И «Атлантический вал» был далеко не достроен, и самолётов было совсем мало… Всё так, и тем не менее это очень опасное дело.

Вот союзники и собирались. Вот и накапливали превосходство. Таскали через океан миллионы тонн грузов, десятки тысяч единиц техники, сотни тысяч личного состава. Это стало более или менее безопасно только во второй половине 1943-го, после весенней «битвы с конвоями», которая заставила немцев в массе своей покинуть Северную Атлантику, искать себе добычи в других морях.

Превосходство создать сумели: по личному составу и танкам – в три раза, по артиллерии – в два, по авиации – даже сказать страшно: в 30 раз!

В результате потери союзников были, прямо говоря, небольшими, а по масштабам Восточного фронта – просто мизерными. Поэтому и получается у нас – скажу лучше, у меня – чувство, что всё-таки они гады. СССР сражался на грани потери независимости, потери исчислялись миллионами, а они сначала расчищали путь через Атлантику, потом собирались с силами…

Но если бы я был их командующим? И у меня была бы возможность готовить операцию с таким же размахом, с такой же обстоятельностью и перестраховкой – разве бы я отказался? И – что было бы, если бы они попробовали с меньшими силами и были бы разгромлены, как англо-французы в Турции в 1915 году? Тоже ведь ничего хорошего. Наконец, пусть и соблюдая свой шкурный интерес, они всё-таки вступили в борьбу на главном театре войны…

Хотя, опять же, понятно, что дать Союзу пройти до Атлантики они не могли – отдать Европу коммунистам?! Опять – шкурный интерес. Но, если бы не высадились, у нас погибли бы ещё несколько миллионов…

Получается у меня, что 70-летие со дня высадки в Нормандии – праздник и торжество. С мощным кислым привкусом.

***

То, что выше, я написал вчера. Заканчивал уже после полуночи, сидя на работе.  И спешил, и голова была уже мутновата… С ленд-лизом получилось более или менее прилично, а вот с выводами по Второму фронту – как-то вяло: с одной стороны, с другой стороны… И сегодня решил попробовать высказаться более определённо.

Определённо говорю: США и Англия могли открыть Второй фронт на западе Европы раньше. В первых договорённостях о нём, как мы помним, фигурировал 1942 год. То, что я писал про опасности доставки через Атлантику, – правда. Однако эти опасности не помешали англосаксам вести достаточно масштабные боевые действия в Северной Африке, а потом в Италии.

Да, мне понятно, что в 1941-м и 42-м самой насущной их задачей была организация снабжения Англии – и из США, и из колоний. Без этого Англия могла просто загнуться. Это был вопрос выживания, и я не могу винить англосаксов, что в первую очередь они решали его.

Я не могу считать борьбу с итало-германскими войсками в Северной Африке задачей первостепенной важности. Вполне достаточно было бы организовать возможно более плотную блокаду, предварительно эвакуировав оттуда свои контингенты. Дюнкерк эти ребята могли себе позволить? ну так могли бы ещё разок эвакуироваться, тем более что театр войны был второстепенный. А после разгрома «оси» в Европе решить проблемы Ближнего Востока было бы достаточно просто. Могли бы и потерпеть.

И уж совсем не представляются жизненно важными вторжения на Сицилию (июль 1943) и потом в Италию (сентябрь 1943). Выбить Италию из войны? Да, это сильно облегчало положение союзников в Средиземноморье, но мало чем способствовало успеху операций там, на материковой Европе, где именно тогда Советский Союз в одиночестве поворачивал войну вспять, перемалывая основные силы Вермахта и Люфтваффе. Итальянцы, как известно, были не сильной подмогой немцам…

А ведь все эти операции, и Северная Африка, и Италия, тоже требовали мощных грузопотоков из США! Мне понятно, когда в 1941-м и 42-м все трансатлантические усилия были направлены на организацию снабжения Англии. Без этого Англия могла просто загнуться. Это был вопрос выживания, и я не могу винить англосаксов, что в первую очередь они решали его. Но вот эти Африки с Италиями…

Эгоизм. Элементарный эгоизм. Причём поначалу весьма циничный. В 1942-м, первой половине 43-го главные державы Запада могли ещё оставаться на позиции: неизвестно, кто кого, Сталин Гитлера или наоборот. Да и вне зависимости от результата: пусть истощают друг друга.

Кстати, в таком ракурсе и Северная Африка понятна. Вдруг Гитлер победит на континенте? Надо у него хотя бы Африку отнять, потом поздно будет.

Когда стало ясно, что побеждает СССР, эгоизм из особо циничного стал обыкновенным: ребята просто делали то, что им было нужно. А нужна им была свобода мореплавания в Средиземном море плюс плацдарм на юге центра Европы, откуда близко и до Франции, и до восточноевропейских стран: вот было бы хорошо не пустить в них русских!

Ну, а потом стало ясно, что о Восточной Европе думать поздно, как бы остальную не потерять. И тогда стали всерьёз готовить «Оверлорд».

Итак, вывод определённый: эгоизм.

Другое дело, что ничего такого особого в этом нет. Данный конкретный эгоизм нам противен тем, что англосаксы, сберегая жизни своих солдат, да и свои материальные ресурсы, обрекали нас на жертвы, которых могло бы не быть. Если бы не это, если «исключить из уравнения» кровь, то и возмущаться было бы нечем: политика, сэр. Каждый за себя, сэр…

Мы ведь тоже так поступали. Скажем, знаменитый тезис о том, что Сталин начал зимнее наступление 1945 года раньше, чем планировалось, потому что его попросили союзники, которых немцы здорово прижали в Арденнах. При ближайшем рассмотрении картина получается иной до обратности; я сейчас буду излагать вот по этому источнику: http://maxpark.com/community/14/content/1909713 .

Черчилль попросил Сталина начать наступление в январе (1945-го). 7 января Сталин ответил, что мы, учитывая положение союзников, ускоряем подготовку и выступим не позднее второй половины января. Потом ещё 4 февраля на Крымской конференции генерал Антонов (интересно, что как раз в этот день он стал Начальником генерального штаба) сказал, что мы собирались начать наступление в конце января, но начали раньше. В конце концов было сформулировано, что наступление началось 12-го вместо 20-го, и это стало официальной версией.

А на самом деле было не так.

Это самое зимнее наступление реализовалось в виде Висло-Одерской и Восточно-Прусской операций. В них был задействован, в числе прочих, 1-й Белорусский фронт. Так вот, его дивизии первого эшелона должны были сосредоточится на вислинских плацдармах к утру 8 января. Начали выдвигаться 3-го, а 6-го им вдруг приказали на сутки задержаться!..

То же самое просматривается и в документах командарма 8-й гвардейской Чуйкова. Сначала он собирался докладывать в штаб фронта о готовности к наступлению 9 января. Потом перенёс постановку задачи стрелковым ротам – это делается в день начала наступления – на 12 января.

И так далее; есть ещё много таких вот фактов, указывающих, что войска были готовы наступать на несколько дней раньше реального срока состоявшегося наступления.

То есть начало наступления планировалось не позже, а раньше!

Теперь давайте вспомним, что делалось в это время у союзников – у тех, кого надо было спасать. Немцы начали наступление в Арденнах – кстати, приличными силами, две танковых и одна полевая армия – 16 декабря. Максимальный успех был достигнут к 25 декабря, а в этот день фортуна повернулась лицом к союзникам. Последний раз немцы пытались контрнаступать 1 января, а дальше всё уже развивалось однозначным образом.

Я не знаю, когда Черчилль спросил Сталина про наступление. Сталин, я так понимаю, несколько дней помедлил, прежде чем ответить 7 января. Почему? Почему затягивал с началом наступления, хотя войска были готовы?

Наверное, тот же эгоизм. Вполне мог Сталин хотеть, чтобы союзники, мурыжившие его со Вторым фронтом чуть не два года, вкусили лиха. Вполне мог ждать, не станет ли их положение по-настоящему тяжёлым. А когда увидел, что они справились, пошёл дальше освобождать Европу. Да ещё объявил, что начал раньше, чтобы помочь…

Да что там Арденны! Даже празднуемая ныне высадка в Нормандии была связана с чем-то похожим! Это уже из передачи «Цена Победы» на «Эхе Москвы», рассказывает историк Алексей Исаев.

В Тегеране Сталин обещал, что одновременно  с высадкой союзников на западе Европы начнёт своё наступление на Востоке – впоследствии оно вылилось в форму операции «Багратион».  Союзники высадились 6 июня, Сталин подтверждал: да-да, в ближайшее время! И начал «Багратиона» 23 июня. Исаев, знаете, как объясняет причину? Завозили боеприпасы! Не то чтобы их не было для начала операции, было как раз полным-полно. Но меньше, чем запланировали; вот и хотели довести до плановой величины.

Чистой воды эгоизм!

Ну и нормально…

***

Ну вот, тут эгоизм и там эгоизм. Но наш эгоизм простительнее. Союзники занимались тем, чем считали нужным, не заботясь о наших интересах. И это нужное всё как-то касалось второстепенных театров. И привело к задержке настоящего дела минимум на год. А мы задерживались на считанные дни, и наша война была там, где действительно решалась судьба мира.

Я уже не говорю о количестве разгромленных вражеских соединений и о принесённых жертвах…

Владимир Мейлицев, http://vremena.takie.org/

Картина дня

наверх