Авиаторы и их друзья

79 274 подписчика

Свежие комментарии

  • Игорь Мягков
    Что говорить, КАКОВ ПОП, таков и приход.Авиационной отрас...
  • Николай Яковлев
    Большое СПАСИБО !Этот день в авиац...
  • Горбатюк Валерий
    Гнать нахрен всех этих экономистов и менеджеров (особенно - эффективных). Эти твари даже на похоронах будут способ за...Авиационной отрас...

Как Турция дала Азербайджану главное оружие против Армении

Как Турция дала Азербайджану главное оружие против Армении
baykarsavunma.com

Еще десять лет назад мало кто слышал о турецкой боевой авиации, а сегодня с помощью БПЛА Bayraktar TB2 Азербайджан одерживает верх в Карабахе. Как Турции удалось с нуля создать производство боевых беспилотников, насколько турецкие дроны зависят от иностранных деталей и какую роль во всем этом сыграла младшая дочь Эрдогана?

Производителем турецких ударных дронов Bayraktar TB2, которые стали одним из главных открытий конфликта в Нагорном Карабахе, является небольшая турецкая компания Baykar Makina. Турецкое слово makina, фигурирующее в названии этой фирмы и дословно означающее «машина», отнюдь не случайность. Компания Baykar Makina, основанная в 1984 году предпринимателем Оздемиром Байрактаром, была изначально скромным семейным предприятием. Ее основной продукцией на протяжении первых двадцати лет существования были детали для автомобильных двигателей, топливных и масляных насосов, а также автомобильных коробок передач.

Из автомобилистов в авиамоделисты

Переквалифицироваться в производителя беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) Baykar Makina решила только в начале 2000-х годов. Этому поспособствовало новое поколение семьи Байрактаров – сыновья основателя компании: Халук, Сельчук и Ахмет.

Фактически в то время этот проект был «студенческой работой» трех сыновей: старшему из братьев, Халуку, в то время исполнился 21 год, а младшему, Ахмету, было и вовсе 17 лет.

О создании БПЛА в Baykar Makina тогда знали очень немного. Первый полет БПЛА с электронной и программной начинкой собственной разработки братья Байрактары смогли произвести только в 2004 году. Причем сам БПЛА в то время Baykar Makina производить еще не умела – первый полностью сделанный компанией дрон поднимется в небо год спустя, в 2005-м.

Вместе с дронами компании «росли» и три брата: Халук окончил Ближневосточный технологический институт (METU) в Анкаре, а потом получил степень магистра в Колумбийском университете США, а Сельчук отучился в Стамбульском техническом университете по специальности электроника, после чего получил степень магистра в области беспилотных летательных аппаратов в Пенсильванском университете США и докторскую степень по роботизированным системам управления в Массачусетском технологическом институте (MIT). Успехи младшего брата, Ахмета, были скромнее, но и он имеет профильное техническое образование, окончив частный Ишикский университет в Стамбуле.

В первое десятилетие существования авиастроительного подразделения в Baykar Makina их дроны мало чем напоминали нынешний ударный Bayraktar TB2. Обе первые разработки – дрон самолетной компоновки Mini-UAV и вертолетный дрон Malazgirt Rotary Wing – представляли собой легкие разведывательные аппараты, которые были не способны нести какое-либо вооружение.

Практику применения ударных дронов тогда имели только США, осуществившие первую условно-успешную атаку дроном MQ-1 Predator в Афганистане еще в 2001 году. Поэтому вплоть до начала 2010-х годов требования турецких военных и полицейских к БПЛА были весьма размытыми. Это видно, если рассмотреть условия тендера на разработку легкого разведывательного БПЛА, которые турецкая полиция опубликовала в 2005 году. Главной задачей заказанных дронов должна была стать поддержка разведданными полиции и внутренних войск.

Никакие ударные возможности в то время в проекты дронов не закладывались, в результате чего студенческая разработка Baykar Makina вполне пришлась «ко двору». Братья Байрактары делали ее «дешево и сердито», практически в режиме хобби. Как говорится, «авиамоделисты встретились с генералами» – и этот мезальянс внезапно оказался успешным.

Трудный путь наверх

Надо отдать должное братьям Байрактарам и их отцу – основателю семейной компании. Последующее десятилетие после того, как они выиграли в 2005 году тендер на разработку легкого разведывательного дрона, они потратили с толком. Уже в декабре 2006 года они получили заказ на первые 76 легких разведывательных БПЛА, а к 2010 году количество изготовленных Baykar Makina дронов перевалило за 400 штук.

Быстрому развитию авиастроительного подразделения помогло и то, что Оздемир Байрактар-старший смог найти «правильного» инвестиционного партнера – крупную строительную компанию Kale Group, известную в России как производитель декоративной плитки и сантехники. Впрочем, в самой Турции образ Kale Group совершенно иной – на родине эта инвестиционная группа известна как крупнейший подрядчик армии и силовых структур. В частности, подразделение Kale Kalip занимается в группе оборонными заказами, компании Kale Pratt & Whitney, Kale Arge и Kale TAEC – авиадвигателями, а Kale Havacilik – поставкой самолетов и других летательных аппаратов по турецким госзаказам. Последнее упомянутое подразделение Kale Group и стало партнером Baykar Makina в их первом выигранном тендере, в силу чего первые дроны Байрактаров даже назывались Kale-Baykar. Так что «волосатая рука» крупного олигархического бизнеса двигала небольшую семейную компанию Байрактаров на самый верх турецкой иерархии военных подрядчиков с самого начала.

Трудно сказать, когда в Baykar Makina впервые задумались о производстве ударного БПЛА. На сайте компании говорится, что научно-исследовательские работы по этому проекту стартовали еще в 2007 году, но тут есть доля самопиара – так же, как и с тем, что началом «научно-технических исследований» по дронам указан 2000 год, когда старшему из братьев только исполнился 21 год, а младший из сыновей троицы и вовсе был школьником. Скорее всего, начало работ над ударными дронами можно отнести к 2009 году, когда в презентационных материалах компании появляется нечто похожее на будущий Bayraktar TB2, пока что под названием Tactical UAV Project.

И здесь важно понять, что даже к 2009 году у турецкой армии по-прежнему наблюдался значительный скепсис в вопросе необходимости использования ударных БПЛА. Военные просто не понимали, зачем им такие игрушки. В итоге переговоры о будущем Bayraktar TB2 продолжались без малого пять лет. Первая поставка из шести опытных Bayraktar TB2 турецким военным произошла в конце 2014 года. В 2015-м Baykar Makina смогла поставить военным ровно столько же – еще шесть машин, которые увязли в длительной программе военных испытаний. В общем, очень скромные показатели.

Матерь драконов

И вот в этот момент на арене появляется знаменитое «шерше ля фам», которое не раз в человеческой истории становилось невидимой силой, радикально менявшей многие расклады властных мужей. В конце 2015 года средний из братьев Сельчук Байрактар знакомится с молодой девушкой по имени Сумейе. Однако гораздо интереснее фамилия его новой пассии – Эрдоган. Сумейе Эрдоган – младшая дочь президента Турции Реджепа Эрдогана, и для нее такой роман не просто романтическое увлечение.

Фото: (twitter.com/ackilic76)

Сумейе и Сельчук Байрактары Фото: (twitter.com/ackilic76)

Ей уже 29 лет – и перед ней уже вовсю маячит перспектива остаться в старых девах. Это понимает и Сельчук Байрактар, который решает «ковать железо, пока оно горячо». Уже в марте 2016 года пара объявляет о своей помолвке, а в мае того же года играет роскошную свадьбу, которая становится ярким событием в турецкой светской хронике.

Для Сумейи Эрдоган партия с Сельчуком Байрактаром тоже становится определенным выходом из ситуации. Она наконец-то может спрятать в семейной жизни целый ряд политических скандалов, в которых она оказалась замешана в период 2013–2015 годов, когда ее отец активно рвался к власти. Так, 17 декабря 2013 года были опубликованы голосовые записи Сумейе, в которых она дает инструкции «интернет-троллям» эрдогановской партии AKP, приказывая им писать в Twitter сообщения, порочащие политических соперников ее отца.

Из тех же звукозаписей выяснилось, что Сумейе вместе со своим братом Билалом Эрдоганом выступали в качестве держателей «черной кассы» АКР и переводили деньги на черный пиар и «грязных» политтехнологов на президентских выборах. Ну и совсем уж по мелочи: софинансировала постройку роскошных вилл, которые возводили на участке археологических раскопок, в нарушение всех турецких законов. В общем, целый букет прегрешений, который, кстати, впоследствии Сумейе (теперь уже Байрактар) старательно вычищала из всех турецких СМИ, прибегнув к услугам адвокатов, спецслужб и тех же платных «троллей».

Не забыла Сумейе и интересы своего мужа. В том же мае 2016 года, в месяц их роскошной свадьбы, Baykar Makina принимает участие в объединенных военно-тренировочных действиях в Измире, где впервые официально представляет свою новую разработку – ударный БПЛА Bayraktar TB2. Решение начальника главного штаба вооруженных сил Турции Хулуси Акара следует незамедлительно: дрон тут же принимается на вооружение, а заказ увеличивается до 86 машин. Уже в августе 2016 года следует первая боевая операция Bayraktar TB2: ударные БПЛА пытаются применить на территории Сирии, при проведении операции «Щит Евфрата». Впрочем, ни о каких значимых успехах их применения во время «Щита Евфрата» неизвестно.  

Однако твердая рука Сумейе Байрактар продолжала оказывать свое влияние: в проекте военного бюджета Турции, принятом в 2018 году, на Baykar Makina уже было запланировано потратить 600 млн лир (около 106 млн долларов) прямых государственных инвестиций. Это необходимо, чтобы компания Байрактаров производила минимум 92 БПЛА Bayraktar ТВ2 в год. К этому времени на ударные БПЛА Baykar Makina переводят буквально всех – и военных, и полицейских, и спецслужбы Турции.

Не только турецкое

Конечно, сюжет вокруг создания турецких БПЛА гораздо более сложный. Например, компания Turkish Aerospace (TA), которая производит главного конкурента Bayraktar TB2 – ударный дрон Anka. Однако на примере Baykar Makina можно увидеть как сильные, так и слабые стороны турецкой программы ударных БПЛА. Например, зависимость турецкого производства от импортных комплектующих.

Вплоть до конфликта вокруг Нагорного Карабаха можно было верить заявлениям турецкой стороны, которая сообщала, что «93% комплектующих в турецких дронах являются отечественными». Однако когда ракеты, запущенные с Bayraktar TB2, стали поражать не только позиции армянской ПВО, но и мирные дома и даже церкви, выяснилось совсем другое – многие компоненты дронов Турцией импортируются, а не производятся.

В частности, американская компания Viasat объявила, что прекращает поставку важнейших комплектующих для турецких дронов – аппаратуры спутниковой связи, которой оснащены Bayraktar TB2. Чуть ранее канадская компания Bombardier Recreational Products (BRP) приостановила поставки авиадвигателей Rotax 912, которые производит ее дочерняя компания в Австрии и с помощью которых летали ударные БПЛА Baykar Makina. Кроме того, теперь Bayraktar TB2 еще и «ослепли»: в дронах использовались оптические камеры канадской компании Wescam, которая также прекратила поставки своих комплектующих в Турцию. Что же тогда входит в искомые «93% турецкого» в дроне – вопрос открытый. Наверное, «хвост, крылья и ноги», как в известном мультфильме.

Кстати, использование упомянутых двигателей Rotax 912 на турецких ударных БПЛА старались не афишировать. Baykar Makina закупала их не напрямую у австрийцев, а через Италию. Сам Rotax не следил за конечными покупателями своих двигателей, потому что по австрийской классификации они не принадлежали к продукции двойного назначения. Теперь же, судя по всему, ситуация изменилась, и у братьев Байрактаров и Сумейи Эрдоган настают совсем другие времена. Ведь теперь Baykar Makina – это уже не «гаражный» семейный бизнес, а фактор мировой политики. С соответствующим к нему отношением, вниманием – ну и, конечно же, «гамбургским счетом».

Однако даже с такими оговорками понятно, что Турция всего лишь за десять лет буквально с нуля смогла создать целую отрасль по производству самых современных систем оружия. Турецкие БПЛА, по коллективному признанию воюющих сторон и военных экспертов, внесли решающий вклад в успех наступления Азербайджана в Нагорном Карабахе. Еще в начале двухтысячных никто и подумать не мог, что Турция, не имеющая практически никакого опыта в самостоятельной разработке боевой авиации, в состоянии создать оружие подобного класса. Возможно, все это весомый повод для размышления, в том числе и для российского ВПК, который до сих пор не может предложить в таком масштабе ничего подобного.

Алексей Анпилогов

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх