Авиаторы и их друзья

79 065 подписчиков

Свежие комментарии

  • Сергей Гольтяпин
    И еще один нюанс - сейчас, по-моему, самый оптимальный способ получения водорода - из природного газа.Airbus продемонст...
  • Сергей Гольтяпин
    И я как-то уже писал - водород - это вообще не топливо... Это просто способ передачи энергии...Airbus продемонст...
  • Сергей Гольтяпин
    Пара нюансов - температура в КС авиационного ГТД ограничивается возможностями материалов турбины - поэтому и у водоро...Airbus продемонст...

Общие страхи и разные подходы России и Китая к американской ПРО

Общие страхи и разные подходы России и Китая к американской ПРО

Россия и Китай - это единственные страны, обладающие возможностями для крупномасштабного ракетно-ядерного нападения на Соединенные Штаты Америки. Однако не на них направлены американские усилия по созданию системы противоракетной обороны, поскольку такое нападение с их стороны крайне маловероятно. Тем не менее,  Москва и Пекин неоднократно выражали свою обеспокоенность тем, что американская ПРО окажет негативное воздействие на их стратегические потенциалы и интересы.

Хотя Китай отчасти разделяет российскую обеспокоенность и реакцию по поводу американской противоракетной обороны, его возражения в некоторых аспектах отличаются от российских.

Обе страны опасаются, что американские системы противоракетной обороны ослабят их силы ядерного сдерживания и нанесут ущерб их главному ограничивающему средству против внешней политики США, поскольку Америка будет защищена системой ПРО как щитом от потенциального удара возмездия. Америка обладает мощным наступательным потенциалом, состоящим как из обычных сил и средств, так и из ядерных, и это усиливает опасения России и Китая, ибо у США расширяются возможности по нанесению успешного упреждающего удара по российским и китайским ракетам в ядерном снаряжении.

Хотя американским системам ПРО будет трудно справиться с полномасштабным российским и китайским ядерным нападением, задача эта упростится, если потенциал ядерного возмездия Москвы и Пекина будет ослаблен в результате первого удара США, когда многие ракеты будут уничтожены в шахтах, а система стратегического управления окажется нарушенной.

Но несмотря на теоретические возможности США по нанесению первого упреждающего удара, российских и китайских политических руководителей прежде всего беспокоит не ядерная война с Америкой. Их больше тревожит то, что американские руководители почувствуют свою силу и безнаказанность, и начнут вмешиваться в дела других стран, оставляя без внимания возражения Москвы и Пекина.

Выступая в 2007 году в Мюнхене на конференции по безопасности, российский президент Владимир Путин открыто предупредил ее участников о том, что если американская военная «гипердержава» не будет больше страшиться российских ядерных сил, Вашингтон станет в одностороннем порядке навязывать свою волю другим странам, не боясь результативного военного возмездия. Генерал-майор Чэнь Чжоу (Chen Zhou) из китайской Академии военных наук заявляет, что американские системы ПРО «нарушают глобальный стратегический баланс», ослабляя ключевой источник китайской мощи.

Кроме того,  Пекин и Москва опасаются, что Соединенные Штаты используют свою ПРО для расширения и упрочения альянсов в сфере безопасности, которые имеют целью сдерживать китайское и российское влияние. Русские - против развертывания американских элементов ПРО в Восточной Европе и на Южном Кавказе, поскольку видят в этом способ укрепления НАТО и расширения зоны охвата Североатлантического альянса. Китайцы - против сотрудничества США в вопросах ПРО с Японией, Южной Кореей и Тайванем, считая, что таким способом Вашингтон усилит поперечные связи между своими двусторонними союзами.

Чтобы снизить степень уязвимости своих баллистических ракет от первого удара США, Россия и Китай выделяют значительные ресурсы на разработку и развертывание мобильных систем, а также ракет на подводных лодках. Но это пассивные средства обороны, и они никак не могут противостоять эффективным системам ПРО.

Видя в ПРО попытку Вашингтона укрепить союзническую архитектуру  в Восточной Азии, китайцы также считают, что американская противоракетная оборона пусть частично, но все же предназначена для нейтрализации китайской военной стратегии воспрещения доступа. В этой стратегии главный упор делается на китайские ракеты, оснащенные боевыми частями в обычном снаряжении, которые призваны удержать американских военных от вмешательства в конфликт между Китаем и его соседями.

Но в отличие от Москвы, Пекин напрочь отказывается сокращать или хотя бы ограничивать свой ракетный арсенал, и опровергает любые сообщения о том, что Китай может присоединиться к российско-американскому Договору о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД), который запрещает двум странам иметь баллистические ракеты с радиусом действия от 500 до 5500 километров. Ракетный арсенал КНР включает системы малой дальности, которые отбивают у Тайваня охоту провозглашать независимость и удерживают военных из США и прочих недружественных стран от действий вблизи китайской территории. Китайские ракеты средней дальности усиливают влияние Пекина в Восточной Азии, а ракеты большой дальности лишают США возможности мешать китайским усилиям по достижению двух первых целей. Вдобавок к этому Китай продолжает экспортировать ракетную технику и технологии в Пакистан, Иран, Северную Корею и прочие страны, получая от этого доходы и усиливая свое дипломатическое влияние.

В то же время, реакция Пекина на американские планы ПРО - намного менее устрашающая, чем реакция Москвы, которая грозит нанесением упреждающих ударов по Польше, Украине и прочим странам, если они согласятся на размещение у себя элементы противоракетной обороны США. Китайцы учли российский опыт, видя, что громкие угрозы России вызывают тревогу у ее соседей, и заставляют их укреплять свои связи в оборонной области.

В отличие от Москвы, китайские руководители не грозят напасть на Японию, Индию и Южную Корею, дабы отбить у них желание поддерживать курс Вашингтона на создание ПРО. Они не хотят своими необдуманными действиями сблизить эти страны с США, и тем самым повысить шансы на появление коллективной системы сдерживания Пекина. В отличие от Европы, где американская программа ПРО утверждена НАТО в качестве  коллективной инициативы Североатлантического альянса, инициативы Вашингтона по ПРО в Азии пока продвигаются исключительно  на двусторонней основе.

Далее, китайцы с большим оптимизмом смотрят на свои шансы по созданию современных сил прорыва ПРО и собственной противоракетной обороны, чем их российские коллеги. В отличие от российских руководителей, которые говорят о дестабилизирующем воздействии любой национальной программы ПРО, китайцы просто призывают проявлять благоразумие и сдержанность в разработке и развертывании систем противоракетной обороны. А это говорит о том, что Пекин хочет осуществить собственную программу ПРО, которая находится в зачаточном состоянии, и заранее выступает в ее защиту.

Хотя зарождающимся системам ПРО США гораздо легче нейтрализовать ядерный арсенал Китая, чем более мощные и крупные российские силы баллистических ракет с ядерными боеголовками, китайские руководители отвечают отказом на пробные предложения русских о развитии сотрудничества в этой сфере. Китайские и российские представители в своих действиях против ПРО пока ограничиваются совместными декларациями, хотя Россия в принципе согласна продавать КНР свои современные системы ПВО С-400, которые могут в определенных обстоятельствах использоваться и против ракет.

Китайские аналитики неофициально объясняют, что они сейчас проводят оценку того, насколько выгодно и целесообразно сотрудничать с Россией. Однако их беспокоит то, что Москва в итоге может оставить Китай и заключить сепаратное соглашение  с Вашингтоном по данному вопросу, что, как полагает Пекин, и произошло в 2001 году. Их также тревожит то обстоятельство, что в отличие от  России, у китайцев нет никаких элементов ПРО, которые они могли бы предложить США в обмен на сотрудничество по вопросам противоракетной обороны.

Следовательно, Китай, скорее всего, продолжит создание собственных сил и средств ПРО – в сотрудничестве с Россией или в одиночку. Пекин утверждает, что в 2010 году провел предварительные испытания первых компонентов ПРО, а китайские эксперты подтверждают, что в настоящее время в их рядах идет дискуссия о том, стоит ли разрабатывать более совершенные системы. Анализ китайской научно-технической литературы показывает, что страна проявляет огромный интерес к разработке не только пассивных и активных мер противодействия ПРО, но и национальных противоспутниковых и противоракетных систем.

Но возможно также и более активное сотрудничество в области ПРО между Китаем, США и Россией. Такое сотрудничество явно в интересах Пекина. Поскольку Китай продолжает наращивать свой наступательный ядерный потенциал, России и США становится все труднее договариваться о дальнейшем сокращении своих стратегических сил, а это может нанести гораздо больше вреда Китаю, нежели американскому противоракетному щиту. Точно так же, наращивание китайской военной мощи подталкивает правящие круги Японии, Южной Кореи и Тайваня к разработке собственных ударных вооружений большой дальности, а также более совершенных оборонительных систем. Хотя действия американцев по созданию ПРО сегодня вызывают разногласия между Россией и Китаем, противоракетная оборона может в перспективе стать основой для налаживания сотрудничества в деле региональной безопасности.

Ричард Вайц - старший научный сотрудник Института Хадсона (Hudson Institute) и старший редактор World Politics Review.

Global Insights: Common Fears, Different Approaches to U.S. BMD for Russia, China

Картина дня

наверх