Авиаторы и их друзья

78 933 подписчика

Свежие комментарии

  • Александр Михайлов
    Этот день в авиац...
  • Сергей Гольтяпин
    Вывезли, наконец-то... ( https://www.roscosmos.ru/28956/ ). Теперь порядка 9 месяцев ждать окончания испытаний...Отправка российск...
  • Господин Никто
    Спасибо за интересную и любопытную информацию, Семён !Этот день в авиац...

Преимущество врага никогда не останавливало его...

К 100-летию трижды Героя Советского Союза Ивана Кожедуба...
Николай Бодрихин
08.06.2020
 
Преимущество врага никогда не останавливало его...

Особенным тактическим приемом Ивана Никитовича Кожедуба были короткие, «кинжальные», по его собственному выражению, атаки снизу, с совсем небольших, в несколько десятков метров высот, с предельно малой дистанции, применявшиеся, главным образом, по немецкому пикировщику Ю-87. Недаром на счету Кожедуба рекордное число сбитых машин этого типа –18. Очевидно, что названный прием был крайне рискован, и поэтому не подлежал отработке и пропаганде среди молодых лётчиков.

За войну он сменил шесть «Лавочкиных» трёх модификаций: Ла-5Ф, Ла-5ФН и Ла-7, и ни один не подвел его, хотя ему случалось и гореть в воздухе, и аварийно приземляться.

Результативнейший советский летчик-истребитель Иван Никитович Кожедуб родился в селе Ображеевка Сумского уезда. Официальная дата его рождения, 8 июня 1920 года, возможно, неточна, де-факто — 6 июля 1922 года. Тем не менее столетие прославленного аса отмечается в этом году 8-го июня.

После окончания семилетки он был принят на рабфак Шосткинского химико-технологического техникума, а в 1938 году судьба привела его в аэроклуб. В Чугуевское ВАУЛ он был принят в начале 1940 года, последовательно прошел подготовку на УТ-2, УТИ-4 и И-16.

Осенью того же года, совершив два чистых полета на И-16, он был оставлен в училище инструктором. В начале войны лётчик-инструктор сержант Кожедуб эвакуировался с училищем в Среднюю Азию, где готовил лётчиков. Поздней осенью 1942 года был направлен в Москву на пункт сбора летно-технического состава, откуда попал в 240-й истребительный авиаполк (ИАП).

Только в ходе своего 40-го боевого вылета, состоявшегося на Курской дуге, в районе Завидовки, сам уже став заместителем комэска, в паре с неизменным ведомым лёйтенантом В.Ф. Мухиным Кожедуб, наконец, сбил своего первого «лаптежника» – Ю-87.

Исключительно полезным было присутствие в полку другого выдающегося аса – впоследствии дважды Героя Советского Союза К.А. Евстигнеева. Хотя вместе в воздух они поднимались лишь изредка, но обогащали друг друга тактическим находками, да и дух соперничества был весьма благотворен. Боевой товарищ Кожедуба более полутора лет провоевал с ним в одном полку. Вот отрывок из его книги «Крылатая гвардия».

«Боевой путь Ивана Никитовича поразителен: 330 боевых вылетов, 120 воздушных боёв – да ещё каких! Всякое случалось – и битым бывал, но врагу не уступал.

Преимущество гитлеровцев – качественное ли, количественное – никогда не останавливало его. Под градом пуль и снарядов врезался он в боевые порядки фашистов, нарушал огневое взаимодействие и бил врага. Нелегко это давалось, не раз приходилось смотреть смерти в глаза, но мужество, мастерство, умение приносили желанную победу.

62 самолёта противника – два авиационных полка – уничтожил наш однополчанин Иван Кожедуб!

…Как-то он возвратился с задания разгорячённый боем, возбуждённый и, может быть, поэтому непривычно словоохотливый:

– Вот гады дают! Не иначе как «волки» из эскадрильи «Удет». Но мы им холку намяли – будь здоров! – Показав в сторону КП, он спросил адъютанта эскадрильи: – Как там? Ничего больше не предвидится?

…В период вынужденных перерывов, он, казалось, изнемогал от безделья больше других. Но, не полагаясь на один только опыт, силу, везение, он готовился к боям сам и тщательно готовил к ним своих лётчиков. Как бы ненароком Иван заглядывал в свой “талмуд”– пухлый блокнот, испещрённый одному ему понятными пометками. В нем он находил много нужного для своих деловых бесед с подчинёнными.

– Правильно построенный манёвр, стремительность атаки, чтобы ошеломить противника, не дать ему ни секунды на размышление, – и удар с предельно короткой дистанции! – так определял Кожедуб основу боя…».

В 240-м ИАП, ставшем 2 июля 1944 года 178-м гвардейским ИАП, капитан Кожедуб провоевал до начала июля 1944 года, сформировался здесь как лётчик, стал комэском, Героем Советского Союза, был представлен к званию дважды Героя.

В начале октября 1943 года он провёл великолепную серию воздушных боёв, сбив за 12 дней 14 самолётов противника!

В 176-й гвардейский ИАП, на должность зам. командира полка, он был перевёдён Главкомом ВВС А.А. Новиковым в сентябре 1944 года. По всей видимости, на Главного маршала авиации произвёли впечатление боевые успехи и бравый вид лейтенанта, а затем и капитана Кожедуба.

176-й гвардейский, по воле того же маршала Новикова, имел особый статус – отдельного истребительного авиационного полка свободных охотников. То есть полку редко ставились «сковывающие» задачи, типа прикрытия своих войск или сопровождения штурмовиков и бомбардировщиков.

В число его лётчиков «мягко» (с уговорами, но по собственному желанию) подбирались лучшие лётчики ВВС, которым был создан режим максимального благоприятствования.

Один из памятных боёв Кожедуб провёл 18 марта 1945 г., после того, как ему удалось отогнать пару атакующих немецких истребителей от американской «Летающей крепости» – Б-17.

Через несколько секунд его Ла-7 был атакован истребителями прикрытия – американскими «Мустангами» П-51. Два таких самолёта открыли по истребителю Кожедуба огонь с большой, около километра, дистанции, так что яркая очередь, начертанная в небе трассирующими патронами, даже загнулась вниз на своём дальнем краю.

– Кому огня?! Мне?! – с возмущением, энергично вспоминал Иван Никитович перипетии того давнего боя. – Я перевернулся, и, быстро сблизившись, атаковал стрелявший истребитель. Увидел на нём разрывы снарядов. Потом в нём что-то взорвалось, запарил и пошёл со снижением в сторону наших войск. Полупетлей выполнив боевой разворот с перевёрнутого положения, я атаковал следующего. Мои снаряды легли очень удачно – самолёт взорвался в воздухе. В ходе обеих атак меня надёжно прикрывал Дмитрий Нечаев.

Когда проявили плёнки, их смотрели и командование полка, и дивизии, и корпуса. Командир 3-го истребительного авиационного корпуса, в который был включён тогда 176-й гвардейский ИАП, Е.Я. Савицкий просмотрел эти плёнки и с иронией заметил: «Эти победы – в счёт будущей войны».

Одна из его машин – Ла-7 из 176-го гвардейского ИАП (боевой номер 27) сегодня находится в музее ВВС (Монино). Возможно, что именно на этом истребителе он летал в 176-м отдельном «маршальском» гвардейском ИАП, на нем сбил несколько вражеских машин.

Всего за войну гвардии майор И.Н. Кожедуб совершил 340 боевых вылетов на Ла-5 и Ла-7, провёл более 120 воздушных боев, лично сбил 62 самолета противника.

Число 62 – сбитых самолёта противника – было зафиксировано в ряде служебных документов Кожедуба (аттестаций, характеристик), во многих публикациях о его боевом пути. В то же время в важнейшем документе – в аттестации выпускника командного факультета ВВА гвардии подполковника И.Н. Кожедуба сказано только о 60 сбитых им самолётах противника. Но дискуссия о его официальном счете не прекращается до сих пор (от 60 до 122 побед, найденных в ЦАМО киевским исследователем А. Станковым).

Среди сбитых Кожедубом машин только 5 двухмоторных – 2 Хе-111 и 3 Хш-129, но зато 18 Ю-87 (наряду с дважды Героем А.В. Ворожейкиным он имеет рекордное число сбитых самолётов этого типа), а кроме того: 1 ПЗЛ-24, 17 Ме-109 и 21 ФВ-190.

Иван Никитович всегда был горячим патриотом истребителей С.А. Лавочкина. Он лично встречался с выдающимсяавиаконструктором, посещал его КБ, рассказывал о замечательных боевых качествах названной машины, просил «добавить скоростёнки и пушек».

Мне запомнился его ответ на просьбу о сравнении Ла-5ФН – Ла-7 и «Аэрокобры»: «Аэрокобра» – она, как трамвай – аккуратна, удобна, а «Лавочкин» – он как жеребец!

В 1949 году он заканчивает ВВА, получает было назначение на должность комдива под Баку, но Василий Сталин оставляет его под Москвой, в Кубинке, заместителем, а затем и командиром 324-й ИАД. В числе первых подполковник Кожедуб освоил реактивный истребитель МиГ-15, получил квалификацию «Военный лётчик 1-го класса». В числе первых 324-я ИАД была вооружена МиГ-15 и в конце 1950 года направлена в Китай.

С декабря 1950-го по март 1951 года лётчики дивизии занимались подготовкой китайских и корейских лётчиков-истребителей. После того как действия американской авиации стали более агрессивными, они были передислоцированы на приграничный аэродром Аньдунь, откуда начали боевую работу по прикрытию с воздуха промышленных и военных объектов первоначально в северо-восточном Китае, а затем и в Северной Корее.

С апреля 1951 года по февраль 1952-го в небе Кореи и Китая дивизия Кожедуба одержала 216 официальных побед, из них 12 над «Cверхкрепостями» Б-29 и 118 над «Сейбрами» Ф-86, потеряв 27 самолетов МиГ-15 и 9 летчиков.

Заметим, что дивизия Кожедуба состояла только из двух полков – 176-го гвардейскогоИАП (командир подполковник И.Ф. Вишняков) и 196-го ИАП (командир полковник Е.Г. Пепеляев), а не из трёх, как было принято для истребительной авиационной дивизии.

Это была одна из ярчайших страниц боевого применения реактивной авиации в истории отечественных ВВС. Успехи советской авиации в Корее оказались полной неожиданностью для американцев. Среди большинства заокеанских военных бытовало презрительное отношение к материальной части советской авиации, по-видимому, подогретое и откровенным копированием Б-29 после войны. Многочисленные победы, одержанные в Китае и Корее советскими и китайскими лётчиками, превосходство «Мигов» в приграничных боях, явились для американцев тяжёлым ударом.

Самому полковнику Кожедубу было строго запрещено лично участвовать в боевых вылетах во время Корейской войны. Это запрещение было продублировано на всех уровнях: от военного министра СССР Маршала Советского Союза А.М. Василевского и Главкома ВВС генерал-полковника П.Ф. Жигарева до командира корпуса генерал-майора авиации И.В. Белова. Изредка он совершал только дневные тренировочные полёты. В то же время в ходе своей командировки он не только осуществлял оперативное руководство дивизией, но и принимал активное участие в организации боевой работы, перевооружении и подготовке лётчиков ВВС КНР и КНДР.

В 1952 году, после возвращения из Кореи, 324-я ИАД была передана в систему ПВО и переведена под Калугу. Летом 1953 года он стал генерал-майором авиации.

Через год, в 1955 году, И.Н. Кожедуб был направлен на учебу в Академию Генштаба.

«Устный экзамен по оперативному искусству сдал с оценкой “хорошо”. Академию окончил с оценкой “отлично”», – писал в аттестации Кожедуба за 1956 год начальник авиационного факультета академии генерал-полковник авиации А.В. Никитин.

После окончания академии Кожедуб назначается первым замом начальника Управления по боевой подготовке ВВС страны, с мая 1958 по 1964 годы он был первым заместителем командующего ВВС Ленинградского, а затем Московского военных округов.

Летал до 1969 года, после войны освоил свыше полутора десятков самолетов и вертолётов – У-2, УТ-1, И-16, Як-1, Як-3, Як-11, Як-17, Як-28У, МиГ-15, МиГ-17, Л-29, Ли-2, Ан-2, Ил-14, вертолеты Ми-4 и Ми-8. Последние полеты совершил на МиГ-21У. Общий налёт около 2000 часов.

Был женат. Вырастил сына и дочь.

В 1978 году переведен в группу генеральных инспекторов МО СССР. В 1985 году ему присвоено звание маршала авиации.

Все это время И.Н. Кожедубнеустанно вел большую общественную работу. Депутат Верховного Совета СССР, председатель или президент десятков различных обществ, комитетов и федераций, он был прост и честен в общениикак с первым лицом государства, так и со скромным провинциалом. А каких сил стоили сотни встреч и выступлений, интервью, автографов...

Всю жизнь Иван Никитович вёл дневники, оставив после себя более сотни записных книжек. Автору, с разрешения его вдовы Вероники Николаевны, довелось разбирать архивы Ивана Никитовича, хранившиеся в кладовке его дома, рассматривать эти самые книжки, делать из них выписки. Запомнилась книжка времён Корейской войны с маленькими, но чёткими боковиками и планами различных американских самолётов, сделанные карандашом Ивана Никитовича, с какими-то зашифрованными табличками, касавшимися, по-видимому, числа боевых вылетов, налёта и воздушных побед его лётчиков, взлетавших с Аньдунского аэродрома.

Всю жизнь Иван Никитович был любителем эпистолярного жанра. Только из Китая, во время Корейской войны, он написал более двухсот писем своей супруге! Причем перед отъездом в Китай Иван Никитович пообещал, что ни в одном из писем не будет одинаковых обращений, и своё обещание сдержал.

Известны его письма отцу, боевым друзьям, обширная переписка с товарищем по учёбе, впоследствии лётчиком 2-го класса, полковником П.А. Щербиной, с колхозником-пчеловодом В.В. Коневым, в годы войны подарившим ему истребитель…

И.Н. Кожедуб - автор нескольких книг: «Три сражения» (М., Воениздат, 1945); «Служу Родине» (М.; Л., 1949); «В воздушных боях» (М., Детгиз, 1951); «Праздник Победы» (М., 1963), «Верность Отчизне» (М., 1969) и др.

Жил Иван Никитович в Москве, первоначально – на улице Горького (ныне Тверская), в доме над магазином «Пионер», а в последние годы в «маршальском подъезде» дома на СивцевомВражке, украшенном сегодня мемориальной доской с его барельефом.

Многие интересуются отношением наших знаменитых асов – Кожедуба и Покрышкина. Действительно, первоначально Александр Иванович относился к Ивану Никитовичу несколько отчуждённо, ну а последний, естественно, смотрел на него снизу вверх, но с годамиих отношения стали товарищеские. Сближению трижды Героев, в немалой степени,способствовали их мудрые жёны: Мария Кузьминична Покрышкина и Вероника Николаевна Кожедуб.

Рассказывают, что трижды Героев Советского Союза маршалов авиации Александра ИвановичаПокрышкина и Ивана Никитовича Кожедуба уже на закате их жизни однажды неожиданно пригласили вместе с супругами в американское посольство, на празднование круглой годовщины – сорокалетия Великой Победы.

Приглашения военачальников на праздники в посольства, в том числе в западные, были нередки. Но вот чтобы маршалы соглашались их посетить, было явлением исключительным, тем более что совместное пребывание обоих трижды Героев где-либо случалось не часто, не более чем два-трираза в году. Но в данном случае пожелание, чтобы они посетили американское посольство, поступило с самого верха, где предложили назвать их визит «проявлением добрых чувств союзников».

Маршалы были учтиво и торжественно, отчасти даже чопорно, встречены при входе сотрудниками посольства и препровождены по центральной лестнице наверх. Затем, буквально на несколько минут, произошла какая-то незапланированная заминка и они, без жён и без сопровождающих, оказались предоставленными самим себе у огромного напольного флагштока, где были выставлены флаги всех пятидесяти американских штатов.

– Гляди, Иван Никитович, сколько знамён, – сдержанно кивнув в сторону пестревших многоцветьем флагов, басовитым полушёпотом (если эта тональность вообще возможна) сказал Александр Иванович Покрышкин.

Кожедуб, к старости также отличавшийся очень низким, тяжёлым голосом, напоминавшим дальние раскаты грома, столь же малоуспешно пытаясь перейти на полушёпот, сдавленно пробасил: «А это, Александр Иванович, чтобы нашим ребятам было, что бросать к Мавзолею».

В дальнейшем приём прошёл, как и было задумано: с торжественным приёмом у посла, съёмками американской новостной программы, с изысканными угощениями, с краткими приветственными речами с обеих сторон. Но, говорят, американцы на приемы их больше не приглашали.

…Он умер у себя на даче в Монино, от сердечного приступа 8 августа 1991 года, не дожив двух недель до развала великого государства, частью славы которого был он сам.

Иван Никитович Кожедуб – трижды Герой Советского Союза (4.02.1944, №1472; 19.08.1944, №36/II; 18.08.1945, №3/III).Награжден: 2-мя орденами Ленина (4.02.1944; 21.02.1978), 7-ю орденами Красной Знамени (22.07.1943; 30.09.1943; 29.03.1945; 29.06.1945; 2.06.1951; 22.02.1968; 26.06.1970), орденами Александра Невского (31.07.1945), Отечественной войны I степени (11.03.1985), 2-мя орденами Красной Звезды (4.06.1955; 26.10.1955), орденами «За службу Родине в ВС СССР» II и III степени (22.02.1990; 30.04.1975), 6-ю иностранными орденами.

Именем Кожедуба названы: улицы в Москве, Чугуеве, Ангарске, Ображеевке, других городах и селах России, Украины, Беларуси и Казахстана, городской парк в Сумах, Харковский университет Воздушных сил, Шосткинский химико-технологический колледж. Бронзовый бюст трижды Героя установлен в Ображеевке, там же открыт музей Кожедуба. Другой бронзовый бюст находится в Музее Великой Отечественной войны в Москве. Памятник Кожедубу открыт в Парке Славы, в Киеве, в городе Шостка в ознаменование 90-летия Кожедуба был установлен бюст. 12 ноября 2010 года памятник Кожедубу был установлен в Харькове, на территории Харьковского университета Воздушных сил. Его имя носит 237-й Центр показа авиационной техники ВВС России. Мемориальные доски установлены на доме в СивцевомВражке в Москве, где он жил в последние годы, на здании техникума в Шостке, где он учился. Истребитель Ла-7 Кожедуба экспонируется в музее ВВС в Монино...

Фотографии:


Sprava-nalevo-_-Geroy-SSSR_-zasluzhennyy-letchik_ispytatel-SSSR-Komarov-M.M._-Kozhedub-I.N._-Borshchyev-N.P. (700x482, 413Kb)


Преимущество врага никогда не останавливало его...

Ivan-Kozhedub-i-Kirill-Evstigneev (700x508, 198Kb)

Преимущество врага никогда не останавливало его...

I.-Kozhedub_-1946-g. (470x700, 240Kb)

Преимущество врага никогда не останавливало его...

I.-Kozhedub-s-pervym-ordenom_-sleva-P.A.-Bryzgalov_-s-lyetchikami-eskadrili (700x500, 212Kb)

Преимущество врага никогда не останавливало его...

I.-Kozhedub (486x700, 250Kb)

Dvazhdy-i-trizhdy-Geroy-VVA-v-1946-godu (700x366, 252Kb)

Преимущество врага никогда не останавливало его...

Pokryshkin_-zhukov_-Kozhedub (390x550, 268Kb)

Преимущество врага никогда не останавливало его...

Специально для «Столетия»

Картина дня

))}
Loading...
наверх